Как петербуржцы общались на расстоянии в начале XX века

В 1851 году между Петербургом и Москвой проложили телеграфную линию, которая тянулась вдоль Николаевской железной дороги.

Опробовать новый способ связи могли пока только члены правительства. К примеру, важный генерал за время пути успевал разослать десяток телеграмм с поручениями. Также телеграфировали в случае поломок поезда.

 

Уже через год новшество стало доступно и простым смертным. Междугородняя связь стоила недёшево: в среднем короткая телеграмма обходилась в 50 копеек, что сопоставимо по стоимости с килограммом мяса.

Поэтому посылали их только в экстренных ситуациях, когда речь шла о жизни и смерти. Сообщение вручалось адресату уже через пару часов.

Телеграфистами работали в основном мужчины, но встречались и женщины — как правило, небогатые дворянки. Требования для них были минимальными: русский язык, арифметика и хороший почерк.

 

Профессия считалась приличной, но были тут свои подводные камни. Корреспондент «Биржевых ведомостей» писал:

 

«Замечено, что женщины с готовностью идут замуж за своих чиновников, раз инструкция возбраняет им замужество с посторонними. Как известно, наши почтово-телеграфные чиновники, при отменном трудолюбии и скромной жизни, не отличаются ни образованностью, ни особым развитием. Женщины не обращают на это внимания… Мезальянсы совершаются постоянно: какая-нибудь институтка, барышня из хорошего общества, охотно принимает предложение своего, на медные гроши учившегося, сотоварища».

 

Право выходить замуж за кого угодно телеграфистки получили только в 1905 году.

 

ЭЛЕКТРОННАЯ ПОЧТА 19 ВЕКА

Петербуржцы быстро оценили прелесть телеграфной связи между городами, поэтому и создание внутренней сети встретили на ура.

 

Первый столичный телеграф соединил дворцы императорской семьи. Затем появились линии, связавшие государственные учреждения, военные и полицейские службы.

 

Если в первые месяцы по всему городу отправлялось менее сотни телеграмм в месяц, то уже через два года — более 20 000.

 

Удовольствие было по-прежнему не самым доступным: 15 копеек за отправку плюс по копейке за каждое слово.

 

Принимались тексты на русском, немецком и французском языках. В определённых кругах стало модным приглашать телеграммой на чай.  Само слово «телеграфировать» было показателем статуса. Настоящий переворот произошёл в журналистском деле, потому что появилась возможность передавать экстренную информацию и оперативно её публиковать. Киосков с прессой тогда не было, и на углах людных улиц стояли газетчики. Они выкрикивали сенсационные новости из выпусков — чем не ленты СМИ нашего времени?

 

Театральный телефон и начало телемедицины

Даже появление телефона в 1882 году не слишком пошатнуло позиции телеграфа. Первая линия соединила Петербург и Гатчину и использовалась членами царской семьи… для прослушивания опер, которые ставили в Мариинском театре.

 

Великий князь Михаил Александрович:

«Третьего дня у меня обедали Транзе, Таубе, Дрозд-Бонячевский и Клевезаль; мы потом пошли слушать оперу в телефон. Было довольно комично видеть наше общество, которое сидело в ванной комнате вдоль стен и слушало в телефоны».

 

Самым привычным методом общения на расстоянии для царской семьи остались письма. Но телефон Романовы всё-таки использовали. Цесаревич Алексей страдал неизлечимой болезнью — гемофилией.

 

Мальчика мучили боли, припадки и кровотечения, справиться с которыми удавалось одному Распутину. Ему звонили в тяжёлые минуты и либо вызывали во дворец, либо давали поговорить с ребёнком по телефону. Тот нашёптывал в трубку только ему известные слова, боли стихали, и мальчик спокойно засыпал на коленях у матери.

 

«АЛЛО! ВАС СЛЫШУ!»

Домашний телефон был роскошью, которую мало кто мог себе позволить. Кроме семейства Романовых, аппараты имелись у предпринимателей, чиновников и богатых аристократов. Летом 1882 года во всём Петербурге насчитывалось 128 абонентов.

В 1910-е годы почти все приличные заведения обзавелись телефонной связью, так что заказ столика по телефону стал обычным делом. В кафе «Бристоль» на Невском проспекте установили три аппарата, которыми бесплатно могли воспользоваться посетители.

 

Ажиотаж был такой, что в фойе выстраивались длинные очереди из желающих позвонить. Тогда за услугу стали брать плату 5 копеек, а все вырученные средства шли в пользу благотворительного общества «Синего Креста».

 

В начале XX века появились и первые таксофоны, но большого распространения они не получили. Уличную технику часто крали, так что её приходилось приковывать цепями, а иной раз даже выставлять караул.

 

Работа или супружеское счастье?

Разговор до первого десятилетия XX века принимала телефонистка, которая соединяла двух абонентов.

 

На работу брали только молодых незамужних девушек — чтобы не думали на службе о посторонних вещах. Головы «телефонных барышень» были заняты только одним вопросом: в какую ячейку коммутатора воткнуть штекер.

 

Смена длилась 6-7 часов, за час каждая телефонистка устанавливала порядка 200 соединений — можно представить, с какой скоростью требовалось действовать.

 

По этой же причине выбирали девушек рослых или хотя бы с длинными руками, чтобы они могли сидя дотягиваться до аппаратуры. Если барышне приходилось вставать, это очень замедляло процесс.

 

Преимуществами кандидаток были спокойный характер и приятный голос.

 

Когда ноги кормят

Телефонов было сравнительно мало, поэтому часто петербуржцы прибегали к услугам рассыльных. Обычно за такую работу брались пожилые люди, проверенные на исполнительность, честность и умение хранить тайны. Им поручали самые разные вещи: срочно доставить документы, отнести подарок, вызвать девушку на свидание. О цене обычно договаривались на месте.

 

Можно было не волноваться о том, чтобы дело было выполнено в срок. За это отвечала артель. У рассыльных была своя профессиональная гордость: они не выбалтывали секретов клиентов и в точности исполняли все поручения.